December 19th, 2013

Башня Эйнштейна

Башня Эйнштейна-железобетонное сооружение, выдержанное в мягких, органически вырастающих формах и предназначенное для физических опытов создателя теории относительности,- напоминает первые архитектурно-пластические опыты Адольфа Гильдебранда, Обриста и Ван-де-Вельде, но отличается большей твердостью и архитектонической выдержанностью. Главный мотив вращающегося астрономического купола использован Мендельсоном для того, чтобы Сообщить всему архитектурному организму его динамическую форму.. Поднимающиеся террасы образуют как бы преддверие к башне, к этому твердому «камню», глядящему вдаль через бесчисленные окна. Стремительное движение вовлекает все архитектурные элементы в. круговращательный ритм.
Формообразующее значение железобетона уже познано строительством, и Мендельсон извлекает из него какие-то странно-чуждые и все же убедительные элементы красоты. Но вскоре на целом ряде сложных объектов строительства смелость беззаботного в своей молодости мастера подвергается перевоспитанию в духе архитектонической строгости и ясности.
На фасаде торгового дома шелковой мануфактуры Вейхмана в Глейвитце он настолько открывает партер для устройства в нем витрин, насколько это допускает сам строительный материал. Нет и следа боязни за верхнее и нижнее равновесие, свойственной исторически-ограниченному архитектору. Невольно- бросается в глаза аналогия с дворцом Дожей в Венеции, с его высокой, почти непрерываемой отверстиями стеной, покоящейся на двух этажах воздушно-легкой филигранной архитектуры. Спокойная - статическая - архитектура в старом духе, характер которой определялся балками и опорами, превращается в «динамическую», взволнованную архитектур) больших напряжений и свободноподвешенных, разгруженных форм.
promo anonimusi march 27, 2017 11:01 161
Buy for 10 tokens
Поездка в Рим именно в это время для меня была сюрпризом. Мы планировали римские каникулы, но не в марте, а ближе к концу апреля. Но муж сделал мне сюрприз-подарок на день рождения и поездка состоялась в марте. Она мне была жизненно необходима с моральной и психологической точки зрения. Но это не…

Проекты реконструкции

Своим проектом реконструкции торгового дома Герних на Лейпцигской улице Мендельсон решительно восстает против пропагандируемой Месселем темы вертикальных столбов, устанавливаемых рядами. Он чувствует необходимость в спокойном напластовании горизонтальных этажей в противовес преувеличенной нервной сутолоке улицы, а также для выражения ее динамической тенденции. На высоте потолка первого этажа широкий фасад магазина перекрыт горизонтальной балкой. Тяжесть верхних этажей уравновешивается повторяющимися горизонтальными членениями (металлические осветительные карнизы). Таким образом, достигается возможность без ущерба для эстетического впечатления открыть сравнительно длинную линию фасада посредством единственной, чрезвычайно широкой витрины, в свою очередь расчлененной на ящикообразные стеклянные отделения. Чувствуется, что сооружение на мостовой ферме свободно подвешено над первым этажом, что стены и потолки лежат свободно; при этом не чувствуется, однако, никакой натяжки, как в целом ряде других случаев. В данном случае чувство статики современного человека подвергается, под впечатлением инженерной конструкции, настоящему испытанию и вынужденной переустановке. Разумеется, чувство пропорции подчиняется этому процессу.
Если потребуются еще доказательства того, что современная архитектура может похвалиться уже зрелыми плодами, мы назовем проект здания Союза германских типографов в Берлине Макса Таута. На участке большого города, в неблагоприятном окружении безобразно устарелых доходных домов - «казарм» возник архитектурный комплекс, вполне отвечающий своему прекрасно выраженному назначению. В фасадной части здания, выходящей на улицу, помещаются квартиры для служащих союза. Стены облицованы гладкими, цвета желтой кожи кирпичами, теплый тон которых усиливается коричневой окраской членений из железистого клинкера, зеленоватой мерцающей поверхностью больших стеклянных плоскостей, живой голубой расцветкой потолков лоджий и красным цветом деревянных частей зданий. Без подвесных балконов, без выступов над окнами достигнута, посредством широких лоджий с включенными в них окнами для цветов, такая живость рельефа, массы и краски, которая должна вызвать радость всякого впечатлительного зрителя. При анализе причин такого эффекта мы констатируем строго ритмическую систему горизонтально наслоенных равных архитектурных частей, энергично-разрешенные пропорции отверстий (лоджий), сильные контрасты света и тени и радостно-гармоническую раскраску в основной охристо-желтой гамме. Ясно выполнено решение плоскости фасада с двумя, башнеобразными кубами и горизонтальной террасой.

Читаем что было ранее...

Башня Эйнштейна

НОВЕЙШАЯ АРХИТЕКТУРА СЕВЕРНОЙ АМЕРИКИ

В течение десятилетия, между 1890 и 1900 гг., намечается начало нового периода в развитии американской архитектуры. Стоило лишь наступить процессу концентрации капитала, как нашлась уже соответствующая ему архитектурная форма. Поводом послужила большая Колумбийская всемирная выставка 1893 г. Создавая, эту выставку, чикагские архитекторы показали такую же предприимчивость и такой же организационный талант, какие были ими проявлены при конструкции небоскребов; на совершенно диком пустыре Джексон-парка они в течение менее двух лет воздвигли большой Белый город. Здесь архитекторы Нью-Йорка и Чикаго впервые выступили как объединенный цех или, выражаясь точнее, как коллегия. Под руководством нью-йоркских архитекторов, которые гораздо решительнее восприняли европейские влияния, - они на этой выставке и в каждой отдельной ее части пришли к созданию произведений, подобных тем, которые за двести лет до этого создал великолепный ансамбль Версаля.
Единство плана проявилось в группировке главного здания вокруг лагун; единство тона и краски - в блестящих белых фасадах; единство воздействия - в применении классического ордера и классических форм украшения. Но так как действительное единство мыслей и намерений отсутствовало, ибо по первоначальному плану Рута должна была быть многокрасочная восточная инсценировка, то архитекторы хотели добиться единства впечатления подчинением своего произведения определенному признанному стилю. Они пели римскую литанию над Вавилоном индивидуальных стилей. Это был выдающийся триумф академической фантазии. Америка еще никогда не видела одновременного нагромождения зданий такого размера.
Было бы бессмысленно спорить по поводу стиля, выбранного для этих зданий, или отрицать его целесообразность. Люди, подобные Мак Киму, Уайт Гунту и Бернхэму, чувствовали, что сейчас им суждено служить не деспотам эпохи Ренессанса или римским императорам, но людям, обладающим большей властью, чем эти последние, и тонким чутьем они нашли для этого чрезвычайно подходящие формы выразительности.
В то время, как на архитекторов раннего Ренессанса Рим действовал своими чарами, потому что они лелеяли мечту возродить жизнь-того времени с его мудрецами, поэтами и художниками,- строителей Белого города привлекли к себе внешние признаки римской архитектуры: ее неизменные и незыблемые правила и законы, ее сравнительно небольшое количество возможностей, ограничивающее опасность бесвкусицы, искусное насаждение ослепительной роскоши, и, наконец, ее твердые формы, не приуроченные к определенным целям и дающие возможность сделать из базилики церковь, из храма - современное банковское здание.
Из всех архитекторов «ренессансного» направления, вероятно, Роберт Адам был тем, стремления и интересы которого шли наиболее далеко в эту сторону; его церковь в Вест Уайкомбе можно было при удалении церковных стульев немедленно превратить в бальный зал, спокойно предоставив веселым стенам. и декорациям приноровиться к новому впечатлению. За громадным белым фасадом выставочного здания скрывалась конструкция из стали и стекла, сделанная инженерами. Конструкция говорила одним языком, а оформление другим. Если с появлением небоскребов роль каменной кладки свелась к облицовке, то здесь архитектура была ничем иным, как облицовкой. На своем месте, на выставке, все эти классические постройки отвечали всему тому, что от них можно было требовать. Джофрей Скотт в своей «Архитектуре гуманизма» обосновывает защиту Барокко, главным образом, его применимостью в садовых и театральных постройках, - почему же оно в таком случае не может служить и выставочным целям?