December 27th, 2013

Типы народного жилища

Центр города обязательно включает дворцовую площадь. Улицы непальских городов узкие и кривые. Средняя этажность домов невысокая - от трех до пяти, что связано с традициями народного зодчества. Непал - многонациональное государство, поэтому здесь существует много типов народного жилища. Основным же можно считать три: неварский дом (в долине Катманду); брахманский дом (в долинах, на низменностях); дом в горных районах. По плану дома были самыми разнообразными - круглыми, квадратными, прямоугольными. Во дворике часто устраивалось небольшое святилище - чайтья.
Жилища часто строили каркасными на каменном основании. Стены делали плетеными с последующей обмазкой, крышу - двускатной, покрывали ее соломой или черепицей. Встречались дома с двухъярусными крышами. Состоятельные непальцы возводили дома с эксплуатируемыми крышами. Народные традиции получили отражение в дворцовой архитектуре.
Княжеский дворец - дарбар - представляет собой комплекс зданий с площадью посредине. Крыши этих зданий ярусного типа, с большими выступающими карнизами. Великолепный образец дворцового зодчества Непала - Дворец Пятидесяти пяти окон в Бхактапурс (XV-XVII вв.). Дворец Пятидесяти пяти окон вписан в прямоугольный план со множеством дворов, он славится богатой резьбой по дереву. В Катманду в традиционном стиле, подобно дворцовому комплексу Хануман Дхока (XVIII в.), выдержаны почти все здания,.
Культовая архитектура Непала разнообразна, так как еще в раннем средневековье здесь исповедовались две религии - буддийская и индуистская. Несмотря но, территориальную близость к Индии, зодчества культовых сооружений Непала самобытно по своим объемно-планировочным и декоративным решениям. Основными были три типа зданий: ступа, храм-пагода и храм-шикхара.
promo krisor 13:13, yesterday 3
Buy for 20 tokens
Время иногда сбрасывает покровы. Проходя по улице, мы идем по крови, Забываем об этом – и лишь потому идем. Дело "Сети"​* мало кого оставило равнодушным. Слишком всё очевидно. И даже то, что осталось за кадром для широкой общественности - не меняет сути. Пытки, признания и приговоры. В основу…

Положительные изменения города

Что касается положительных изменений города при империалистическом режиме, то история доказывает нам их сомнительный характер, и повседневные наблюдения показывают, насколько эти уроки истории сохраняют свое значение. Рим имел более высокие дома, нежели современные большие города севернее Альп. Однако несоразмерно большая часть городских строительных земельных участков, вследствие пространственной расточительности, связанной с роскошными постройками того времени, была занята меньшинством, и также значительную часть поглощали общественные постройки, например, императорский форум (6 га), а также регулирование и расширение улиц. Перестройка Рима цезарями увеличила жилищную нужду почти в такой же степени, в какой перестройка Парижа Наполеоном III.
Если бы мы захотели произвести детальное сравнение всех моментов, то это завело бы нас слишком далеко. При одинаковых социальных условиях в Америке мы не сумели избежать одинаковых социальных результатов, вплоть до того факта, что частная благотворительность нигде со времен Римской империи не получила такого пышного расцвета, как здесь. Если такой видный архитектор, как Эдуард Беинет, может сказать, как это написано в «Значении изящных искусств»: «Помещайте людей так тесно, как хотите, раз иначе нельзя, но оставляйте большие участки для оздоровительных целей», - то нам нет надобности здесь задумываться над тем, кто будет иметь выгоду от жилищного переполнения и кто от оздоровления. Не только парк создается для того, чтобы служить целительным средством от следствий переуплотнения, но и переуплотнение должно быть создано, чтобы оправдать право парка на существование. Извлечь выгоду как из болезни, так и из лекарства - вот в чем состоит одно из искусств империалистического предпринимателя.
Даниэль Бернхэм сказал про Всемирную выставку, что «она была выполнением того, что римляне хотели создать как длительную форму». О наших городах империалистического периода можно сказать, что они действительно суть то, что создавали римляне, - однако, будет ли форма долговечной или нет, мы предоставим разрешить строгой критике истории. Я со своей стороны думаю, что мы, наконец, достигли критерия, чтобы вынести окончательное суждение об архитектуре эпохи империализма и со всей справедливостью свести счеты со всеми этими вокзалами, каналами, водопроводами, дачными кварталами и великолепным улицами, стадионами и цирками. Наша империалистическая архитектура- это архитектура возмещения убытков. Народу, лишенному хлеба, солнца и других даров природы, она преподносит хвастливые камни. За монументальными фасадами нашего мирового города живет, перебиваясь, неимущий пролетарий, осужденный на рабскую рутину фабричного производства; а за пределами большого города лежит земля, у которой грабят ее сокровища, детища которой отрываются от нее манящей перспективой легкой наживы и постоянных удовольствий, в то время как последние остатки свободного земледельческого населения неудержимо попадают в состояние зависимого арендаторства. Это не является общими рассуждениями,- это перевод, последних статистических отчетов на наш житейский язык. Можно ли принять серьезно претенциозный характер этой архитектуры? Можно ли сломать голову на ее эстетике и могут ли наполнить неомраченной радостью такие произведения, как Шотландский храм; Попэ в Вашингтоне или памятник Линкольну Бэкона? Может быть,, если заставить себя не смотреть за пределы внешней маскировки.
Однако даже в некоторых из наиболее импозантных построек слой: империалистической позолоты так тонок, что не нужно заглядывать в трущобы, чтобы заметить слабые стороны этой архитектуры. Задняя сторона музея Метрополитен или Бруклинского музея может в равной мере быть и задней стороной доходных домов в Бронксе или фабрик в Лонг Айлэндсити,- так неприветливо, голо и безобразно они выглядят. Если Всемирная выставка означала собой зарю империалистической эпохи, то музеи были ее апофеозом. В противоположность местным музеям, которые часто еще встречаются в Европе где они представляют собой ничто иное, как расширение местных антикварных кабинетов, империалистический музей является, по существу говоря, местом накопления военной добычи, местом хранения всякого сырья. Умный Виолле ле Дюк как-то метко сказал, что он предпочел бы оставить свои яблоки весящими на дереве, нежели видеть их сложенными рядами в овощных лавках; музей же склонен ценить снятые плоды выше, нежели само дерево, которое их принесло.

Древнеиндийская культовая архитектура

В цокольной его части размещались реликварные камеры (небольшие углубления), где хранились священные реликвии - зуб Будды, волос Будды и т. д. Полусфера завершалась набором зонтов в нечетном количестве - от трех до тринадцати, с четырех стран света ступу ограждал забор с воротами (торана). Все эти признаки ярко представлены в ступе Санчи - символическом захоронении Будды. В архитектуре Индии буддийского периода нашел яркое выражение синтез пластических видов искусства - изящная резьба по камню. Каменная кладка ограды ступы в Санчи напоминает деревянные бревна, уложенные друг на друга. Балочные перекрытия ворот украшены изящной каменной резьбой с изображением грациозных женских фигур.
Все это было отражением традиционной резьбы по дереву. Древнеиндийская культовая архитектура знаменита пещерными храмами - чайтья, по архитектуре удивительно сходными с народным тростниковым жилищем сводчатого тина. Характерный пример пещерного храма - чайтья в Карли. Его продолговатое в плане помещение имеет сводчатый потолок. В одном торце расположен вход, а в другом - ступа. Вдоль боковых стен чайтьи стоят десятки памятных каменных столбов буддизма - стамбха. Стамбха обычно имели колоколообразные капители и были покрыты священными изображениями.
Часто стамбха завершалась изображением колеса - символа первой проповеди Будды (капитель Ашоки и др.). Чайтья в Карл и была высечена в I в. до н. э., однако известны и более древние пещерные храмы, например в штате Бихар (III -II вв. до и. э.). Со II в. и. э. архитектура буддийских культовых сооружений дополняется скульптурными изображениями Будды, хотя впервые изображения в виде росписей и скульптуры Будды появились во II в. н. э. в Афганистане (греко-бактрийское искусство).

Общенациональные черты индийского искусства

В Древней Индии возводили и буддийские монастыри - вихара. Вихара - это постройка с развитым набором помещений, очень часто сгруппированных вокруг большого открытого двора. С трех сторон этого двора располагались кельи монахов, а с четвертой - храм, иногда пещерный. Подобным образом сооружены монастыри - вихары - Удайгири и Кхандагири, расположенные па холмах невдалеке от Дели. Пещерные храмы этого района вот уже двадцать один век хранят редчайшие произведения буддийского искусства.
Общенациональные черты индийского искусства нашли завершение в архитектуре Аджанты, сложившейся во II в. н. э. и далее развивавшейся в новобрахманский и даже в мусульманский периоды. Искусство Аджанты дало индийскому зодчеству килевидное очертание арки. Глубоко национальные ее формы получили дальнейшую интерпретацию едва ли не во всех типах индийских зданий. Всемирно известна буддийская фресковая живопись скальных храмов Аджанты (IV-VIII вв. н.э.), отражающая жизнь народов Древней Индии.
Архитектура раннего средневековья (IV- XII вв.). В VI-VII вв. на смену рабовладельческим приходят феодальные отношения - вместе с ними утверждается и новобрахманизм, или индуизм, сохранявший древнее многобожие, по выделявший верховного бога Брахму. Сложность культа в скульптуре, живописи и архитектуре проявилась в огромном усложнении художественных образов и объемно-планировочных решений.
По своим размерам, фигурным и декоративным украшениям этот храм может сравниться только с известным древнеегипетским скальным храмом царицы Хатшенсут в Дер-эль-Бахрн (Египет), созданном в XVI-XV вв. до н. э. Важным формообразующим этапом в этот и последующие периоды было создание скальной культовой постройки - ратхи. Ратха Дхармараджи в Мамаллапурамс невелика по размерам.

Архитектура соборов Мексики

Нефы перекрыты нервюрными сводами. В соборе находится гробница Христофора Колумба, выполненная из мрамора и бронзы. В отличие от островов Вест-Индии, в соборах колониальной Мексики влияние готики было не столь заметно. Здесь возводились грандиозные трехнефные здания длиной от 50 до 100 м с двумя высокими башнями на западном фасаде и восьмигранной алтарной «Капеллой королей» па восточном. Вместо нервюрных устраивались цилиндрические своды и купола. Таковы соборы XVI в. в Пуэбле (1555- 1649 гг.), Мехико (1563-1667 гг.), Мюриде (1563-1599 гг.) и др.
Архитектура соборов Мексики XVI - середины XVII вв. отражает ренессансные черты испанского стиля эрререско. Во второй половине XVII в. фасады соборов и церквей перестроили в соответствии с требованиями барокко. Новые же здания в плане приобрели криволинейные очертания. Образец кубинского барокко-собор в Гаване, возведенный в 1748-1789 гг. Его архитектурно-художественный образ сочетает формы итальянского барокко с местными приемами (естественный камень, потолки артесонадо, входные кованые двери).
Типичный пример мексиканского барокко- церковь в Оахаке (конец XVII - начало XVIII вв.), вычурный фасад которой дополнен центральным звездчатым окном в стиле мудехар. Во второй половине XVIII в. мексиканское барокко в культовой архитектуре перерастает в так называемое ультрабарокко, яркими обранцами которого являются церковь Саграрио Метрополитано в Мехико (1749-1768 гг.), капелла Поспто в районе Мехико Густаво-Мадеро (1779-1791 гг.), церковь Саита-Мария дс Окот-лай близ Тласкалы (ок. 1745-1760 гг.).
Статичность, тектоника ордера полностью разрушена: вместо гладкоствольных колонн использованы спиральные колонны либо пилястры, увитые растительным орнаментом.